Серебряков Владимир Павлович
(4 голоса, среднее 5.00 из 5)

Серебряков Владимир Павлович

 

Родился в 1944 году.

Участвовал в ликвидации последствий катастрофы на Чернобыльской АЭС с июля по декабрь 1986 года.

Награжден орденом Мужества.

 

 

Воспоминания Владимира Павловича Серебрякова:

 

«Был там дважды. Первый раз никто и не спрашивал, хочу я туда ехать или нет. Сказали – ехать, ну, я на другой день и поехал. Отработал определенное количество времени. Получил свою дозу. На смену мне приехал другой руководитель. Но он там долго не пробыл…

Направили меня в Чернобыль второй раз. Я в это время находился в отпуске. Отдыхал с друзьями на Братском море - у костра, в палатке. Даже там меня нашли…

     Полетел в Киев. Пробыл там до подписания акта госкомиссии о приеме саркофага (объекта «Укрытие»). Уехал оттуда 2 декабря 1986 года.

Впечатления, в основном, связаны с работой. Очень хорошо была организована работа. Работали круглосуточно. Нужно было работать ночью – поднимали среди ночи, и никто не возражал.

     Если основная масса ликвидаторов жила в пионерских лагерях, то я почти все время находился в Чернобыле. Несколько дней мне пришлось на стульях спать. Матрасы  и простыни брал в Управлении механизации. В общем, там, в Чернобыле, я и спал, и жил… Приезжал туда часов в одиннадцать вечера и до шести утра оставался. А все остальное время находился на ЧАЭС. Получил, конечно, большую дозу радиации. Даже «официальную» дозу мне поставили «сверх нормы», о чем я получил соответствующую справку.

     Что было неприятное – это когда практически на моих глазах разбился вертолет. Горел  голубым пламенем… Ярким- ярким. Приехали органы. Устроили оцепление… Жалко было погибших. Убрали вертолет только во второй половине дня…

 …Применяли немецкие краны с большой грузоподъемностью. Краны требовали к себе грамотного подхода. Бригады, работавшие на кранах, обучались в Германии. Работали ответственно. Без этих работ, конечно же, ничего сделать не удалось бы. Решения принимались быстро -  никаких организационных проволочек ни в чем не было. Делали всё, чтобы люди хорошо работали. Такой  организации труда я больше нигде никогда не встречал – интересно было работать! Если случалась какая-то загвоздка, моментально все решалось. Приезжали, все чертили, тут же чертежи обсчитывали. Если нужно было какую-то оснастку делать, люди оставались на ночь и делали эту оснастку. Чрезвычайно творческая атмосфера была!

    О рентгенах как-то особо и не думали. Дозиметристы, конечно, перед нами ходили, говорили, где сколько времени можно работать. Мы на них, безусловно, ориентировались. Но чтобы бояться облучения??? Нет! Такого не было. Некогда было про это думать! Но радиация, все же, чувствовалась. Мне еще долго после Чернобыля чудился привкус радиации во рту, в течение нескольких лет…

 …Город Припять произвел на меня сильное впечатление. Смотришь – вроде город живой. И белье висит на веревках. Кажется, только-только люди отсюда ушла…  Как стояли машины и мотоциклы, так и стоят; как открыты были форточки и окна на ночь для проветривания, так и остались открытыми…  Инструменты разбросаны, счеты, листы бумаги. Стаканы с чаем - как стояли, так и стоят… Только деревья на улице «ржавые»… Цвет такой, будто ржавчиной покрыты.

Бывали, конечно, и те, кто испытывал перед радиацией панический страх. Но таких – очень мало. Некоторые ходили за мною и ныли: «Ну, отправьте меня домой, ну, пожалуйста…». Их, конечно же,  отправляли домой. Какой из труса работник? Но, что интересно, те, кто уехал, побыв в Чернобыле несколько дней, получают теперь те же удостоверения и награды, что и проработавшие на строительстве саркофага по нескольку смен… Я одного такого «однодневщика» встретил и говорю ему: «Тебе самому-то не стыдно? Ты же сам у меня просился, умолял, чтоб тебя домой быстрее отправили… А теперь награды требуешь!».

 

Добавить комментарий

Защитный код
Обновить


черная быль чернобыль припять чаэс авария на чернобыльской аэс авария на чаэс воспоминания очевидцев радиация в зоне отчуждения союз чернобыль чернобыль припять саркофаг объект укрытие